Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

зок

Что это было?!

Да… А я-то когда-то наивно думала, что Питер Уоттс сложно пишет!

Но это было до того, как мне попался Яцек Дукай и его «Идеальное несовершенство»

Первая реакция: а автор сам понимает, что он пишет?

Вторая реакция: а переводчик понимает, что он переводит?

Третья реакция: а читатели понимают, что они читают?

Пошла посмотрела крутые развернутые отзывы. Я что одна ни фига не поняла?

Ну то есть как... не то, чтобы совсем не поняла… Сюжет – более-менее, а вот философию слабо.

Теория эволюции для цивилизаций – выживают те, кто ловчее придумает себе физику, но есть законы создания законов и дальше «ой», то есть совсем запутано.

С сюжетом-то, конечно, проще, еще Пропп уверял, что вариантов тут ограниченное количество, но вот способов подачи – неисчислимое множество. И Дукай выбрал весьма замысловатый – клубок пространства и времени, постбиологические сущности, цифровой мир непознаваемых глубин и прочая, прочая. Хотя если смотреть чисто поверхностно – есть герой-попаданец, есть красотка, есть движение по кривой вверх…

Подчеркивая оригинальность мира, автор играет и с языком, и со стилистикой, и с пунктуацией, в общем, не делает жизнь читателя легче.

Читать трудно, я просто тонула и захлебывалась в этом смыслотворчестве, но интересно – этого не отнимешь.

В общем фантастика для смелых и упорных))) Или упоротых...
зок

Из искры возгорится пламя...



Кудрявые девушки выпрямляют волосы, а барышни с прямыми волосами крутят локоны. И всем кажется, что где-то там – в блондинках, в худышках, в миллионерах, в художниках, в фрилансерах, в путешественниках лучше, чем в их реальности.

И путая туризм с эмиграцией мы заглядываем в чужие жизни, очаровываемся ими и с пренебрежением посматриваем на собственные. Прямо как в Инстаграме – как не посмотришь у всех красота, веселье и праздник…

В романе Селесты Инг две семьи – Уоррен и Ричардсон и два мира – буржуазной респектабельности и творческой свободы сталкиваются и взаимно завораживают друг друга. Пёрл Уоррен, с детства кочевавшая с матерью фотографом по городам и весям, купилась на глянцевый уют большой и небедной семьи Ричардсонов, где будущее каждого распланировано и обеспечено всем желаемым, и идеальная мать семейства печет по выходным печенье. А Иззи Ричардсон, уставшая от контроля и правил, влюбилась в бесшабашность и бунтарство женщины-перекати-поле – Мии Уоррен и замечталась о такой матери и свободе есть остатки ресторанной еды, носить вещи б/у и делать настоящее искусство.

Грустная в общем-то раскладка.


Гормоны, подростки, материнские чувства, любовь, дружба, предательство, тайна рождения – звучит как второсортный дамский роман, но в целом, я бы сказала, книга лучше, чем можно подумать. Такой вполне добротный американский роман, в меру увлекательный, хотя и не без минусов. Например, нарочитый акцент на искрах, огне и пожаре выглядит очень беспомощно, что ли… Словно автор не уверена, в интеллектуальных способностях своего читателя и на всякий случай объясняет: «Ну, искра! Искра, понимаешь? Искра может быть физическая от спички, а может в душе человека. Понимаешь, читатель? В душе искра зажглась и может подарить свет и тепло, а может спалить все дотла. Понимаешь?». И ты уже изнемогаешь от этого нудного нравоучения и думаешь «Да поняла я все с первого раза, хорош уже повторяться!».

Пожалуй, из того, что мне очень понравилось в книге, я бы отметила художественные опыты Мии. Это было не просто интересно читать – хотелось достать фотоаппарат и погрузиться в эксперименты.
зок

Чайка...

Сходила в пятницу в театр. Сто лет не была, больно разочаровывающий был опыт последние разы. И вот все выходные под впечатлением. Двух дней так и не хватило, чтобы собраться с мыслями и взвешенно и четко рассказать о «Чайке» Дмитрия Гомзякова в Томском ТЮЗе.

Спектакль очень, очень хорош. И признаться, я давно уже не ждала ничего подобного в Томске.

Цепочка была сложной. На проекте PechaKucha в Томске я увидела выступление молодого и дерзкого режиссера Дмитрия Гомзякова, который очень убедительно рассказывал о том, что современному театру нужны новые формы, и он как раз такой театр и делает. И благодаря Дмитрию Гомзякову я пришла в Томский ТЮЗ, где не была, наверное, с добрый десяток лет и увидела эту прекрасную «Чайку». Это была поучительная история о том, что открывая для себя одно мероприятие, ты, чаще всего, примечаешь еще несколько и это отличный повод участвовать в самых разных городских событиях)))

А теперь собственно о «Чайке».

Начнем с того, что пьесу я не люблю – она всегда казалась мне очень жестокой, сардонической и даже злой. И никакими кавычками мне не удавалось применить жанр комедия к этому тексту.

Это вторая «Чайка», которую я смотрела, и по иронии, предыдущая была тоже в ТЮЗе. Как любезно подсказывает интернет, это был спектакль Феликса Григоряна, поставленный в 1999 году, с Сергеем Алексеевичем Герасимовым в роли Треплева.

Дмитрий Гомзяков не обманул – он действительно сделал настолько крутой современный спектакль в новой мультимедийной форме, что, наверное, олдскульным зрителям смотреть его будет непросто. И эти новые формы были необходимы именно в старой классической пьесе, потому что с пьесой более авангардной они смотрелись бы не так свежо и вызывающе. Проекторы, экраны, камеры, снимающие и транслирующие спектакль крупными планами – сложная, многоплановая и абсолютно восхитительная смесь театра с кино и ютубом. Как вам такое, Антон Павлович? Чехов, кстати, тоже был частью спектакля и его отношения к происходящему я так и не поняла. Похоже, автор был в шоке))

Но все новомодные приемчики и мультимедиа были бы бессмысленны, если бы не было в спектакле самого главного – души. У «Чайки» Гомзякова – душа есть, она бьется в живой истерике, она ищет пути самовыражения, она любит, ненавидит, страдает, мучается и творит волшебство.

Прекрасные актерские работы! Неуклюжесть, нелепость и восторженность Треплева постепенно перерастающая в боль, отчаяние и трагедию – безумно трогательный Кирилл Фриц. Страх увядания и пустоты мастерски скрытые Ириной Николаевной Аркадиной за игрой в звезду – изумительно красивая и органичная Ольга Райх. Мятущаяся, неприкаянная, страдающая от депрессии и подростковой категоричности и влюбленности Маша – пластичная, живая, просто потрясающая Наталья Гитлиц! Нина Заречная (Евгения Алексеева) и Борис Тригорин (Роман Колбин) долгое время вызывали у меня сомнения, но их беседа в форме интервью, этакое шоу в духе Юрия Дудя – все расставило по своим местам. Да, теперь, кажется, что только так и такими они и должны были быть. Сергей Хрупин в роли Петра Николаевича и Луиза Михайлова в роли безымянной Актрисы – два островка той самой старой театральной школы – безмерно умилительные в своей почти закостеневшей традиционности.

Всё, я устала от восторгов и начинаю сдуваться. Потому что можно еще долго рассказывать, о многоплановости, о символизме, об аллюзиях и пародиях, о смелости, о том, о сем...

Это действительно круто, это надо идти и смотреть. Не знаю, будет ли спектакль представлен на каких-нибудь фестивалях или гастролях, но если увидите афишу: "ЧЧ"  и указанием на Томский Театр юного зрителя - рекомендую сходить.

Это очень яркое режиссерское и художественное решение, очень неожиданное музыкальное оформление, тонкое и умное шоу.

И это иногда очень смешно, но преимущественно по-хорошему грустно.

И я ни за что не признаюсь, на каком моменте меня слеза прошибла, а то засмеете)))

Всем спасибо, это было офигенно!

зок

Красота по-тартарарамски

Перед Новым годом покрасилась. Шла с твердым намерением стать зеленой как ёлочка, вышла цвета фуксии с вариациями. Теперь собираю лулзы по этому поводу.

Для начала на новый год общественность поделилась на девочек и взрослых. Девочки считали, что я теперь цвета пони Искорки, той самой у которой звезда горит не во лбу, а в прямо противоположном месте. Взрослые склонялись к продуктам питания – лидировала селедка под шубой, борщ со сметанкой и салат «Дамский румянец» из супермаркета шли с отставанием.

А на днях сын подруги задумчиво спросил: «Мама, а у Вали цветные волосы сами такие растут?». Вот, теперь у меня есть мечта – хочу чтобы цветные волосы сами росли. Даешь биотехнологии!

А повторную покраску я запланировала перед рабочей поездкой. Я там, в командировке, собой работаю, как один солидный и интеллигентный Крокодил в Зоопарке крокодилом работал. Пришла к парикмахеру с картинкой, мол, а давай мы как на фото - вот здесь покрасим, тут выбреем, а вон там выстрижем, и будет мне счастье? Спустя четыре часа, два пирожных и кружку самогона с газировкой счастье наступило, да так, что теперь все искренние дети при виде меня кричат: «Мама, смотри какие волосы у тети»!

Помня, что по словам Чехова, на выставке в человеке все должно быть прекрасно решила пожертвовать еще пару часов на алтарь красоты и пошла на следующий день делать ногти и брови.

- Здравствуйте, я ваш БРОВИСТ, - сказала томная блондинка в салоне и достала чемоданище инструментов.

- Очень приятно, - испугано вякнула я в ответ и с тревогой покосилась на брови бровиста, но успокоила себя историей, что в городке, где всего два парикмахера стричься надо ходить к тому, кто плохо подстрижен.

Пока одна красавица пилила и красила ногти, выворачивая мне руки, бровист приступила к работе. Окружив меня лампами, она задумчиво смотрела на меня с ленинским прищуром, отходила на пару метров, наносила штришок, отходила, возвращалась, приглядывалась, придвинув лицо вплотную, меняла кисти, хмурилась, и всем своим видом демонстрировала, что она художник и она так видит. Закончив, она гордо принесла зеркало и спросила радостно можно ли эту прелесть снять для инстаграма. «Эту прелесть» нельзя было даже детям на ночь показывать. Марфушеньку-душеньку с народным макияжем из «Морозко» помните? Из зеркала смотрела она - один в один, только без румянца. Я твердо решила, что если что - доплачу столько же, чтобы все убрать, но оказалось, уничтожение шедевра бровистики до тупой покраски бровей входит в стоимость. То, что художника каждый норовит обидеть давно известно, но редкий художник такими глазами побитого Бемби смотрит на обидчика, как на меня смотрела эта милая барышня.

В общем, красота – страшная сила. Как выяснилось, под ее впечатлением не только мужики штабелями у ног ложатся – сама я в первый же день командировки рухнула с поребрика на бордюр, разбив левое колено и растянув связки правого голеностопа. И уж когда к моей неземной красоте еще добавилось и загадочное приволакивание ноги – я стала абсолютно неотразимой!

Думаю, вот теперь, чтобы еще красивого сделать?
зок

Мравалжамиер (многие лета)


Георгий Данелия. Кот ушел, а улыбка осталась

Она читается увлекательно, легко и незаметно, также как пролетают дни  - не успел оглянуться, уже четверг, уже 2025, уже старость…

Течение времени очень сильно ощущается именно в этой книге режиссера. Данелия по-прежнему и безусловно прекрасен, чувствуешь сквозь строки его юмор, его острое чутье на хорошую картинку, на маленький, но затрагивающий душу рассказ,  на людей, тех самых, которые свои в доску, но возраст, черт бы его побрал, возраст тоже чувствуешь. Сам Георгий Николаевич иронизирует над этим (куда деваться!), но с горькой ноткой: «А сейчас постарел и стал болтлив».

Вообще, этот том мемуаров вышел у Данелии с горчинкой, она видится мне всюду, в рассказах о бесхозных восьмидесятых, в хаосе девяностых, в неловких поисках спонсоров и денег, во вскользь брошенных ремарках о ворах и авторитетах. И сложно понять есть это неприятие событий того времени или просто усталость и неспособность адаптироваться.

А еще, меня очень тронуло трепетное авторское отношение к анимационному фильму «Ку! Кин-дза-дза». Признаться, я ждала его, но ждала с опасением. Казалось, слишком много эта комедия абсурда потеряет, выйдя из кинематографических рамок. Долго не решалась посмотреть, а решившись, поймала себя на том, что не понимаю его. Работа Данелии с таким принципиально новым форматом в таком возрасте вызывает уважение – он взялся за физически, технически, психологически сложную, абсолютно неизвестную для себя художественную форму, но я жертва импринтинга, у меня на подкорке запечатлено, как и что должно быть в этой истории, принять анимацию мне было очень сложно. Анимационная версия показалось мне проходной, излишней, поверхностной. И только сейчас, читая пока скупые, но очень увлеченные комментарии Георгия Николаевича к этому проекту, я подумала, что возможно я просто ошибаюсь относительно «Ку! Кин-дза-дза». Захотелось пересмотреть и увидеть фильм не своими, а его глазами…

Буду ждать четвертый том мемуаров, каким бы грустным он не оказался!
Мравалжамиер!