Category: литература

зок

Не здесь и не там...

Официальная аннотация:
Четверо друзей познакомились еще в юности, в России, а теперь живут в Америке. Они продолжают общаться, но жизнь у всех складывается по‑разному. Регина скучает в браке с состоятельным американцем, Вика мечется между работой и домом и мечтает о лучшей жизни, Вадик ищет идеал и меняет работы, квартиры, девушек. Сергей, банковский служащий, надеется разработать приложение, которое сможет имитировать присутствие умершего человека в социальных сетях. И эта тема становится главной в их разговорах. Как изменилось в современном мире представление о смерти? Какими мы предстаем в онлайн-мире при жизни, как будут доноситься отголоски нашего виртуального “я”, когда мы умрем?

Душная, претенциозная, вялая и унылая книга словно жирный пончик пропитанная раздражением и непритязательной неприязнью - она совсем не зацепила, и ни вызвала симпатии ни к кому из героев. Разве, что мальчик Эрик со своими неестественно мудрыми случайными высказываниями кажется трогательным.

Ни тема смерти, ни тема дружбы, ни тема эмиграции не показались раскрытыми настолько, чтобы вызвать какие-то чувства или мысли. Сплошной «дамский роман» с непрекращающимися эрекциями и нытьем. Жизнь бывает сложной и монотонной, я знаю, но, когда она так скучна, как в книге – хочется досрочно отправиться в описываемую автором «Виртуальную могилу».

Жаль, что размышления о смерти в контексте онлайн-пространства были столь поверхностными. Ведь это и правда интересный экзистенциальный вопрос – как быть с цифровым наследием нашей бурной интернет-жизни? Я помню, сколь странные и смешанные чувства я испытала, получив поздравление с днем рождения от умершего приятеля. Никакой мистики – просто автоматическая рассылка, просто новые грани современной жизни… 
зок

Непосредственно или опосредованно?

Картинки по запросу опосредованно книга«Опосредованно» я закончила читать аккурат в тот момент, как меня затянуло в тайфун цейтнота, так что, конечно, спустя две весьма насыщенные недели восстановить точные ощущения и впечатления от книги будет сложно. Но и не сказать о ней нельзя.

«Опосредованно» - третья книга Сальникова, которую я прочитала и авторский стиль не набил оскомину, а по-прежнему кажется свежим, ярким и самобытным.

Главная фишка романа известна, наверное, даже тем, кто не читал книгу. Это обычный мир вроде нашего, только есть в нем одна удивительная штука – «стишки», которые непонятным магическим образом могут вызывать наркотический «приход». Формальное отличие просто поэзии и стишков мне осталось неясным, но при этом возникло стойкое чувство, что в душе я понимаю о чем речь, и глядя на собственные поэтические опыты, вполне смогу сказать, что бы «торкало», а что нет. 

Главная героиня выглядит обычным человеком, оно и понятно, вряд ли по дороге на работу в общественном транспорте вы сможете определить, кто из ваших попутчиков балуется написание стихов, а кто нет. Но жизненные перипетии Лены намертво переплетены с ее поэтической зависимостью. Бытовая сторона жизни у Сальникова описана в лучших традициях современных мелодрам – школа, отношения с матерью, влюбленности, институт, брак, дети, измена, развод. Все, что касается поэзии говорит словно на другом языке – раненом, калечном, истеричном, глубинном и трогательном. Словно есть два способа познания: непосредственно, эмпирически – проживая жизнь событие за событием от рождения до смерти и опосредованно, внутренне – создавая другую поэтическую ткань реальности.

И если, рассказывая о Лене как о дочери, женщине, жене и матери автор занимает достаточно отстраненную позицию, то говоря о поэзии и творчестве Сальников делает это страстно и увлеченно. Логично и изящно автор превращает оглавление в стихотворение, не скажу, что сильно меня тронувшее, но все же неплохое на мой вкус.

Пожалуй, «Петровы в гриппе» для меня пока самый лучший роман Сальникова, но я буду ждать новых книг и новых неожиданностей.
зок

Будем опиум курить, по-китайски говорить (с)




Книга увешана значками премий как елочными игрушками, что вызывает некоторое недоумение, потому что «Опиумная война» хороша, конечно, но не гениальна. И то, что Ребекке Куанг было всего 22 года, когда она написала книгу, тоже чувствуется и придает повествованию легкий налет дурацкой наивности неуместной на общем мрачном фоне.
Галине Юзефович роман напомнил «Гарри Поттера» и «Властелина колец» (а еще «Кунг-фу панды», «Людей Икс» и «Дом странных детей»), а вот мне скорее «Волшебника Земноморья», «Игру Эндера» и «Элрика из Мелнибонэ». Это странный эффект, словно Куанг взяла стандартные кубики «Лего» и создала что-то настолько самостоятельное, что нет никакого желания разбирать эту конструкцию на составные части. Хотя основные-то кирпичики – абсолютная штамповка:
• героиня-сирота,
• необычная академия,
• удивительные способности (Рин как легендарная Жанна д`Арк – «от сохи» и сразу к вершинам воинского искусства),
• ученик и наставник
• жестокая война, в которую бросают новобранцев, почти детей
• чародейская тюрьма для безумных волшебников/богов
• магическая сила, требующая жертв
• вина за чудовищные разрушения
При этом история не кажется откровенно банальной, увлекает, заставляет внимательно следить за героями и дает возможность закрыть глаза на всяческие «Deus ex machina», порой вылезающие из разных щелей.
За пятьсот с небольшим страниц Куанг из детской сказки о способной сироте уходит в черное, если даже не чернушное фэнтези с горой изуродованных трупов и геноцидом, но делает это легко и последовательно.
Интересен и мир, созданный автором – он стоит, как земля на черепахе, на историческом противостоянии Китая и Японии (Никан и Муген в книге) и в нем есть место и богам, воплощенным в людях, и газовым атакам с применением противогазов, и наркотическому приобщению к силе а-ля Кастанеда.
Книга имеет свой логичный финал (хоть и заявлена как первая часть трилогии) и лишена романтических сюсюканий, так что как минимум двух грехов Young Adult Ребекка Куанг избежала.
На английском уже вышло продолжение – с нетерпением жду!
зок

Вот такая штука...

Память у меня так себе, поэтому я веду список книг, которые хочу прочитать, в одной специальной книголюбивой социальной сети.
А тут очередной non/fiction на носу - ярмарка интеллектуальной литературы в Москве, в честь которой многие выкладывают различные "мастриды", что там обязательно надо прикупить.
И вот эти два обстоятельства встретились...
И сегодня, список книг к прочтению перевалил за... 1000! Тысяча, Карл!
Это значит, что даже читая в среднем 80 книг в год (а больше у меня еще ни разу не вышло) - я обеспечила себя списком литературы на 12,5 лет!
Ну почему? Почему нет такой высокооплачиваемой профессии, как читатель?
А может прав Сальников в своей книге "Опосредованно" и литра (пусть и в более широком понятии) - это все же наркотик?
Хочу жить читая! Как быть?!
зок

Фильм vs книги

После прочтения Бакмана "Вторая жизнь Уве" мне все дружно посоветовали фильм.
Посмотрела. Книга лучше)))
Ну, правда, богаче, тоньше, милее.
Задумалась, есть ли у меня примеры, когда сравнивая кино и первоисточник я бы отдала предпочтение фильму?
И таки да! Вспомнила!
"Оливия Киттередж" Элизабет Страут - книга неплохая, но фильм "Что знает Оливия?" с восхитительной Фрэнсис Макдорманд - лучше!
А у вас есть на примете экранизации, которые оказались лучше книги?

зок

Что это было?!

Да… А я-то когда-то наивно думала, что Питер Уоттс сложно пишет!

Но это было до того, как мне попался Яцек Дукай и его «Идеальное несовершенство»

Первая реакция: а автор сам понимает, что он пишет?

Вторая реакция: а переводчик понимает, что он переводит?

Третья реакция: а читатели понимают, что они читают?

Пошла посмотрела крутые развернутые отзывы. Я что одна ни фига не поняла?

Ну то есть как... не то, чтобы совсем не поняла… Сюжет – более-менее, а вот философию слабо.

Теория эволюции для цивилизаций – выживают те, кто ловчее придумает себе физику, но есть законы создания законов и дальше «ой», то есть совсем запутано.

С сюжетом-то, конечно, проще, еще Пропп уверял, что вариантов тут ограниченное количество, но вот способов подачи – неисчислимое множество. И Дукай выбрал весьма замысловатый – клубок пространства и времени, постбиологические сущности, цифровой мир непознаваемых глубин и прочая, прочая. Хотя если смотреть чисто поверхностно – есть герой-попаданец, есть красотка, есть движение по кривой вверх…

Подчеркивая оригинальность мира, автор играет и с языком, и со стилистикой, и с пунктуацией, в общем, не делает жизнь читателя легче.

Читать трудно, я просто тонула и захлебывалась в этом смыслотворчестве, но интересно – этого не отнимешь.

В общем фантастика для смелых и упорных))) Или упоротых...
зок

Уве, Уве...

Друзья как-то вспоминали добрым словом хорошего знакомого и шутили, что на конкурсе зануд он бы занял первое место, на что их дочь заметила, что нет такого конкурса и тут же отобрала пальму первенства по обаятельному занудству.

Но они просто не знали Уве.

Уве даст фору любому дотошному буквоеду. Он – человек дела и строгих правил. Он раздражителен, груб и неполиткорректен (страшное дело, по шведским меркам!). А еще он одинокий несчастный старик, который большую часть книги пытается умереть, но все время прерывается на различные нарушения порядка, которые то и дело оборачиваются добрыми делами.

Фредерик Бакман нарушает наши представления о мрачном скандинавском стиле и рассказывает трогательную и хорошую историю, которая вовлекает, задевает и не отпускает, даже если ты понимаешь всю механику авторских действий.

Теплое чтение)))
зок

Келер Петер. Фейк: Забавнейшие фальсификации в искусстве, науке, литературе и истории

Официальная аннотация
Писатель и журналист Питер Келер раскрывает секреты мастерских обманов (фальшивые произведения искусства, вымышленные военные действия, поддельные документы) от каменного века до наших дней — в истории человечества нет ничего, что не было сфальсифицировано. Он показывает, как поэты и мыслители, художники и императоры, папы и политики подправляли реальность, приводит примеры, когда даже разоблаченные фальсификации спустя столетия меняли ход мировой истории.

---
Я очаровалась этой книгой год назад, но так как это был режим жесткой экономии в рамках московского отпуска, то я скрепя сердце заставила себя вернуть книгу на полку и уйти. А потом московская моя подруженька прислала мне ее посылкой с кучей конфет и другими ништяками в подарок. В общем, ценность этой конкретной книги была очень высока. Оттого и разочарование в ней особо болезненное.

Не вышел у Данилы-мастера каменный цветок, хотя все предпосылки к этому были.

Интереснейшая авантюрная тема, но очень обрывочное поверхностное изложение иногда без конца и без начала. Повествование скачет по кочкам без системы и цели. Все истории мошенничества, подлога, фальсификации и обмана выглядят тускло, да еще и с налетом авторского превосходства и оценочных суждений. Может быть целью автора было притушить соблазнительный блеск неправедного дела, но боюсь вместе с ним он притушил и интерес. Многие истории, возможно более узнаваемые для немецкого читателя, мне показались сильно местечковыми, другие вообще показались не совсем к месту. Например, весьма остроумная, но, по-моему, не имеющая к подделкам никакого отношения теория, что история Иисуса в новом завете – это плохо переведенная и неправильно понятая биография Юлия Цезаря. Даже если допустить, что это так, то все же между ошибкой и подделкой есть существенная разница.

Вообще, на удивление мало впечатлений осталось от прочтения и еще меньше забавных историй, которыми я собиралась как-нибудь попотчевать друзей. Разве что про продажу Эйфелевой башни запомнилось))))

Рекомендовать, пожалуй, не стану. Для сборника баек – слишком дорого и скучно, а для серьезного нон-фикшн слишком неглубоко и несерьезно.
зок

Отдел. Алексей Сальников

Всегда есть два варианта – не задумываться и делать вид, что все ок или смотреть «широко раскрытыми глазами» и жить с этим. Я склонна к первому. И не то, чтобы я больна какой-то особой разновидностью равнодушия. Скорее я пребываю в уверенности, что если начну замечать и видеть, как на самом деле устроено все в этой жизни, то быстро закончусь от депрессии или чего похуже.

Роман «Отдел» заставляет посмотреть и пожить в его мире, и это неприятно. В какой-то момент один из героев говорит: «О, вот ты, кстати, так и думаешь, что это психологический эксперимент в духе, как его, бля, Мил… какого-то хера, короче». И правда сюжет «Отдела» напоминает эксперимент Милгрэма, в котором герою предстоит ответить для себя на вопрос на что он согласится по приказу неведомого начальства и во благо государства - «если государство сказало, что они представляют угрозу, значит там знают что-то, чего мы не знаем». Какая печально знакомая риторика, не находите?

Многие отмечают остроумие Сальникова, и с этим не поспоришь, это не гомерически смешные гэги, а скорее тонкий отточенный сарказм, изящно завуалированная насмешка и просто классический черный юмор, сэр.

Сальников делает невозможное – обаятельного педофила, трогательного генеральского сынка, умного громилу и слабого перманентно рефлексирующего главного героя. И все это - секретное подразделение ФСБ, свято верящее в свою благую защитную функцию, несмотря ни на что. Абсурд и безысходность. Не сочтите за спойлер, но мне даже жаль, что автор таки предложил в конце угрозу, которая если не оправдала героев, то придала хоть какой-то смысл их «Отделу». По мне так полная бессмысленность происходящего была бы ярче и уместнее.
Вообще роман можно разбирать на метафоры и аллегории от идей, до конкретных фраз и даже слов. Такую книгу, наверное, интересно обсуждать в живую.

В целом, для меня «Отдел» - легко и свежо написанный текст, от которого тяжело и душно.

P.S.
«Что-то иное есть, оно живет своей жизнью, и наша жизнь для него – ничто» - почему мне кажется, что эта фраза про государство?!
зок

(no subject)

У нас есть внутренняя шутка, суть которой сводится к тому, что какие суши и роллы бы ты не заказал, можешь быть уверен в одном – имбирь будет, как всегда великолепен.


Алеся Петровна – имбирь, она всегда великолепна, независимо от того пишет она что-то невыразимо грустное, гомерически смешное или мило незначительное.
За время чтения Алеся, диван Митя и кот Митя, мама, муж Дима, сын Степа и дочка Ася становятся тебе почти родственниками, потому что ты все про них знаешь, даже то, что о родственниках обычно не известно.

Многие истории из съемочной жизни стоят перед глазами как живые. Помнится мы как-то кролика снимали, так я не раз при этом вспоминала рассказы Алеси Петровны о съемочных ёжиках, которые уже ничего не боятся и поэтому не сворачиваются в клубок, и о читающих бобрах, и об актере, который не может повернуться на камеру и пошевелить усами, потому что он мышь.

И вот тут такой случай, что я не буду упираться и говорить, что это большая литература с большой Б или Л. Нет, это реально просто сборник записей из соцсетей, но он абсолютно офигителен, как и сама Алеся Петровна – живая, яркая, остроумная, язвительная, добрая и очень классная.