May 12th, 2021

зок

К ЧЕМУ ТАКАЯ ДРАМА?


Что у меня нового? Май. И майский номер Дорогое удовольствие Томск с новой колонкой про книги!
К ЧЕМУ ТАКАЯ ДРАМА?
Уверена, что главная причина страха перед чтением того, что часто называют пугающим словосочетанием «серьезная литература» заключается в том, что никто не хочет погружаться в чужие страдания, справедливо считая, что тяжелых переживаний хватает и в жизни. Расскажу почему не надо этого бояться и как это может быть полезно.
В 2015 году в Америке вышел роман Ханьи Янагихары «Маленькая жизнь» и за считанные недели буквально взорвал чарты, подкасты, форумы, соцсети, писательские и читательские сообщества. Примерно через год книгу перевели на русский и ситуация повторилась – несколько месяцев все только и говорили о «Маленькой жизни», порицая и восхваляя запредельную жестокость Янагихары. Можно найти тысячи невероятно эмоциональных отзывов, в которых читатели рассказывают, как они рыдали навзрыд, как мучились и маялись, как никому и никогда не посоветуют такое испытание, как чтение этого романа.
По накалу страстей ажиотаж вокруг книги был вполне сопоставим с возникшим через пару лет движением #MeToo. И действительно, «Маленькая жизнь» — это почти 700 страниц высокохудожественного трэша с сексуальным, физическим и психологическим насилием, это текст, который имеет главную ценность не только и не столько литературную, сколько морально-этическую и психологическую.
«Зачем такое писать?» - восклицали одни читатели. «Зачем такое читать?» - вторили им другие.
Для ответа я обращусь к другой книге.
Осенью 2020 года вышел небольшой, но невероятно концентрированный роман «Риф» молодого российского писателя Алексей Поляринова. В нем плотно утрамбована масса событий, разные сюжетные линии, размышления о роли ритуалов и памяти в личном и коллективном опыте, яркие рассказы о современном искусстве и еще много всего. Ключевым сюжетным элементом книги стала тема попадания в деструктивную секту и мучительного выхода из нее.
Оценивая эффект от групповой психотерапии во время реабилитации, одна из героинь романа заметила, что «в истории Джун – как и в историях других гостей – был отрезвляющий эффект, который помогал в каком-то смысле масштабировать собственную боль и перестать винить себя за то, что с тобой сделали другие люди».
Любой сложный роман – это и есть та оптика, которая позволяет «масштабировать собственную боль», соотнести свой опыт с чужим и взглянуть на ту или иную ситуацию с новой точки зрения. И результаты такого мысленного эксперимента могут оказаться невероятно впечатляющими и волнующими.
В современной психологии есть такой термин – катарсис, под которым обычно имеется в виду процесс некой эмоциональной разрядки, которая ведет к уменьшению тревоги или разрешению конфликта, и в конечном итоге к лучшему пониманию себя. Но изначально в античности катарсисом называли возвышающую и очищающую силу искусства, которая заставляет читателя или зрителя сопереживать героям, вызывает сострадание и тем самым делает человека лучше. Иными словами, уже более двух тысяч лет авторы вынуждают нас страдать ради просветления и знаете… мне кажется, это работает.
Книжный канал в Телеграме: https://t.me/bookstock_zok
Книжный канал на Дзене: https://zen.yandex.ru/.../editor/id/5e8ea2a41b24a318e7ac697f
Присоединяйтесь, поговорим о книжках!))))